50 вещей, которые убил Интернет.

Действительно, наша жизнь с приходом Интернета и цифровых технологий изменилась, видимо, к лучшему: покупать удобнее в Интернет-магазинах, удобно иметь под рукой всю нужную информацию, очень важно иметь возможность быстро передавать данные и мгновенно узнавать о новостях. Тем не менее, не все перемены связаны для нас с приобретением, многие связаны с потерями, возможно, именно поэтому британская публикация вызвала такой резонанс. Мы не замечаем этих перемен и потерь, до тех пор, пока не оглянемся лет на 10 назад, пишет mignews.com.ua.
Приобрели ли мы больше или больше потеряли - ответ на этот вопрос у каждого свой. Поэтому и список 50 потерянных вещей у нас будет своим, субъективным, менее шутливым, и отчасти личным: в чем-то мы полностью согласимся с британскими коллегами и заимствуем из их списка, что-то предложим свое.
Итак, начнем. В эпоху Интернета мы потеряли:
1. Искусство вежливого несогласия
В сети множество материалов о том, как надо вежливо и деликатно дискутировать, тем не менее увеличение площадок для обсуждения приводит к общему обострению тона диалога. Желание обличить и изобличить оппонента превышает любые известные нормы.
2. прослушивание дисков и альбомов целиком
Мир Интернета - это царство фрагмента: одного видео с YouTube , одной песни, одного фрагмента из фильма. Начав слушать песни одного исполнителя, мы мгновенно переключаемся на другого.
3. Пунктуальность
До появления мобильных телефонов приходилось быть пунктуальным. Сегодня встречу можно задержать, отложить, да и вообще отменить в самый последний момент. Издержки эпохи.
4. Бумажные телефонные справочники
Зачем они, если вся контактная информация вывешена на сайте - на расстоянии нескольких кликов мышкой?
5. Наручные часы
Доставать мобильник каждый раз не очень удобно, зато все больше функций он в себе совмещает - получается экономия электронных приборов.
6. Бумажные письма
Если вы не состоите в специальном клубе, где участники пишут друг друга письма, то когда вы последний раз получали бумажное письмо от друга? В прошлом веке?
7. Память
Зачем хранить в ней что-то, если "все найдется через Яндекс"?
8. Результаты спортивной игры на следующий день
Когда последний раз вы покупали газету, чтобы узнать, кто выиграл в том важном чемпионате? Наверняка, сразу же по новостям в Интернете все посмотрели, не успел матч закончится.
9. Запоминание телефонных номеров
Мы помнили десятки, мы знали несколько технологий для быстрого запоминания, теперь - вбил в контакт-лист телефона и помнить ничего не надо. Пока не потеряешь телефон или не размагнитится сим-карта. Но кто из нас об этом думает? А те, кто думают, вовремя синхронизируют телефон и компьютер.
10. Уважение к врачам и другим профессионалам
Прочитавшие все статьи на всех сайтах и сообществах, изучив по блогам всю информацию о поликлинике или больницы, мы приходим к врачу, чтобы со всей ответственностью объявить ему о своем диагнозе и способе лечения. Ему останется только согласиться, разве мы прислушаемся к его мнению?
11. Уважение к историкам и научным работникам
Любого историка мы готовы заткнуть за пояс, если под рукой есть Википедия.
12. Уважение к священникам
Авторитет священника для опытного интернетчика - тоже не всегда уже авторитет, вооружившись православной поисковой системой, можно быстро объяснить любому батюшке, как сильно он заблуждается, ошибается и неправильно проповедует.
13. Знание географии
GPS и Интернет-карты полностью освободили нас от необходимости запоминания улиц, дорог, маршрутов пока есть электричество и они работают - потеряться сложно.
14. Приватность
Наша почта прочитывается. Пусть и роботом, решающим, какую рекламу лучше поставить на нашу страницу, но в какой момент робот перестанет быть роботом, мы едва ли узнаем.
15. Уединение
Попробуйте отключить мобильный телефон и Интернет и побыть два-три дня с семьей. Включив телефон и компьютер обратно, вы увидите, что вас уже чуть ли не с милицией разыскивают.
16. Концентрация
Сколько минут подряд вы можете работать, не отвлекаясь на Вконтакте, одноклассники, почту, жж-ленту или новости?
17. Справочные страницы в бумажных ежедневниках
меры длин и весов, разница во времени и коды городов - наверное, если мы и заглядываем на эти страницы, то только если совсем уж стало нечего читать.
18. Обед
Нормальный обед. Не перекусывание впопыхах за рабочим компьютеров во время отдыха и просмотра нерабочих сайтов.
19. Свободные вечера
Это было давно - поужинать, пройтись прогуляться, залечь с книжечкой. Сейчас надо срочно доделать одно, другое, и усталости как бы и нет часов до двух ночи, ее чувствуешь, когда садишься поработать с документами или книгами, монитор или включенная почта создают иллюзию второго дыхания. Почему иллюзия - это мы чувствуем наутро.
20. Несколько часов сна
Те самые, которые мы в течение дня потратили на Интернет-бои и чтение всего подряд без разбора.
21. Умение работать с бумажной книгой
Правда, когда читаешь книгу, не хватает гиперссылок, а главное - поиска по книге?
22. Чтение серьезной литературы
Просидеть целый день на историческом или православном форуме, кидаясь друг в друга выисканными из сети цитатами - совсем не то же самое, что вдумчиво почитать серьезную книгу по соответствующей тематике. А иллюзия создается просто.
23. Чувства
В первые месяцы работы в Интернете каждое сообщение о больном или брошенном ребенке занимало ум, мысли, чувства. А потом вырабатывается иммунитет и только самые неравнодушный и искренний не проматывает статьи о помощи, думая, что всем не поможешь. Раньше достаточно было просто фактов, сегодня, чтобы побудить народ сдать кровь или собрать деньги, нужно приложить все журналистское мастерство.
24. Помощь
Помогают по-прежнему немногие. И нечасто. Зато свою совесть можно так легко успокоить, просто перепостив сообщение и добавив к нему три восклицательных знака. Информационная поддержка - вещь, конечно, важная, но если все будут ограничиваться перепечатками, кто же будет помогать?
25. Ответственность
Как просто отодвинуть свои обязанности в угоду виртуальным проблемам - в процессе приготовления обеда уйти читать форум, вместо занятий с детьми сидеть на YouTube , вместо того, чтобы помочь жене по дому, делать вид, что страшно занят работой. С другой стороны, ответственности сетевой у нас не больше - пообещал кому-то помочь, можно и нарушить обещание.
26. Терпение
Это раньше письмо писалось долго и вдумчиво, иногда несколько дней, потом ждали ответа несколько недель. Сегодня легкий взмах пальцами, и все те слова, о которым мы пожалеем уже через полчаса унеслись в кибепространство со скоростью Интернет-канала.
27. Спокойствие
Несомненное достоинство мобильного телефона в том, что всегда можно позвонить близкому человеку, ребенку, и проверить. Все ли в порядке. Раньше, например, опоздает ребенок из школы, мама с ума сходит, где же искать, куда бежать. Но проблема решена только отчасти - как часто бывало, что вы в сотый раз набираете номер, чтобы услышать: "Абонент временно недоступен" "Аппарат абонента выключен". Что лучше - не знать ничего вообще или слышать такой автоматический ответ?
28. Устная передача опыта
Когда нам нужен рецепт праздничного блюда или сломалась стиральная машина, мы обращаемся за советом к старшему поколению или набираем нужный запрос в интернете?
Пока это все. В большинстве пунктов, несомненно, плюсов в разы, в сотни раз больше, чем минусов. Но о потерянном тоже надо помнить. 50 пунктов не получилось, но не случайно. Список до сих пор открыт и туда можно добавлять новые пункты.
Источник: mignews.com.ua

Сном минувшим прошёл ты мимо.

ХАЛИЛОВ

             * свой Халилов был в жизни каждой девушки...

В зыбкой памяти имя всплыло,

Добрых глаз карий цвет, тёплый свет.

Тихо, сердце,- прошёл Халилов -

Школьный баловень и поэт.

 

Чуть сутулые зябкие плечи,

Мимолётной улыбки тепло...

Ты такой же, как был, застенчивый

И чуть-чуть не от мира сего.

 

Где по свету тебя носило ?

Сколько мы не встречались лет?

Здравствуй, детство моё, Халилов -

Школьный баловень и поэт!

 

Как запомнились эти годы,

Тот весенний безумный пыл:

Жажда первой любви, свободы.

Страсти - что там тебе Шекспир !

 

Лето мчалось конём невзнузданным,

Снежной крошкой мела зима,

И несдержанно,необуздано

Садом белым весна цвела.

 

А Ромео ходил, не зная,

Что он - мой полуночный бред,

Очень взрослый, недосягаемый

Школьный баловень и поэт.

 

Та любовь была безъязычна -

Ей не требовался ответ.

Он в душе моей жил - необычный,

Непохожий  на  всех  поэт.

 

Сном минувшим прошёл ты мимо.

Я украдкой гляжу тебе вслед :

Первый вздох о Любви - Халилов,

Улетевшего детства свет.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Большая осенняя чистка

  Осень в последние годы для меня - время перемен, смутных надежд  и планов на будущее, время сведения счётов и больших чисток. Хочется до крайности минимализировать окружающее, чтобы как в сказке - в узелок и за пазуху, и пойти по белу свету вслед за птицами и ветром...
В этом году я добралась таки до своей "Святая святых" - до чемодана с дневниками и письмами, хранившимися у меня уже много лет. Вспомнила, что давно не заглядывала в этот тайник прошлого, решила проверить, нужен ли он мне так, как раньше, или уже истёк "срок годности" на этикетке.
Связки писем, тома, тома дневников с жесткими от клея страницами, поведёнными от приклеенных, нарисованных в них картинок. Первоначально хотела перечитать, сохранить что-то на память, но как посмотрела на жёлтые листы, исписанные во всех направлениях убористым почерком....Нет, это не для моей больной головы! Однако кое-что всё же разобрала. И испытала что-то вроде стыда и замешательства - и это я хранила?! Длинные запутанные сны, неудачные влюблённости, отвлечённые рассуждения о книгах...И практически ни одного реального факта - всё слезливая девичья дурь в лучших традициях. Так что вырвала я пару рисунков на память, а остальное сунула в мусорный ящик.
Занятно - я всегда так держалась за своё прошлое, за его атрибуты, но теперь мне хочется оторваться от него. Та, кем я была, осталась очень далеко, с ней меня мало что связывает. Она что-то вроде полузабытой родственницы, подруги детства.
Кто я нынешняя - вот что мне хотелось бы знать.

о том, как думать вредно

я даже знаю, что неудобовоаримое я почитала на сон грядущий, не суть важно. и приснился мне 13!
судя по тому, что я видела (руки, волосы, губы...), сон был с точки зрения кисточки для письма.
он долго выбирал тушь. тяжелую, блестящую, с влажным темно-синим морским отливом. он тщательно подбирал слова. по-моему, он писал завещание.
ам-мэ, почему я..?
любителям же Отбеливателя очень пригодился бы словарик для перевода с Кучики на доступный простым смертным язык, а то у него очередной приступ фамильной гордости, спасайся кто может.

И лишь ночами будут сны нам сниться,

Ты хочешь быть любимую игрушкой?
Игрушкой в моих сладостных мечтах.
Но знай со мной не будешь ты счастливым,
Со мной познаешь боль разлуки, страх.
Когда с тобой, мой милый, наиграюсь,
То брошу оставляя навсегда.
Останутся с тобой воспоминания,
О том, как ты тайком любил меня.
Любовь моя грешна, пойми, прошу я,
Не продолжай безумную игру.
Забудь, ты, о влюбленности на вечно,
А хочешь, я тебе в этом помогу?
Мы скроем наши тайные желанья,
Останемся с тобою, мы друзья,
И лишь ночами будут сны нам сниться,
Как буд-то с тобой вместе ты и я.

Солдатский юмор и воздушные замки

Продолжение тега "я и дубина".
Я валялась в ванне, разглядывая серебряные краны и горы перламутровой пены, а их высочество Дубина Тринадцатый изволили планомерно биться головой о трюмо. Хорошо хоть об раму, не о зеркало. Иначе не видать нам удачи ближайшие семь лет. А то и все сорок девять.
- Ты хоть понимаешь, что наделала? - наконец простонал он, оторвавшись от своего увлекательного занятия. - Ты, дьяволица похотливая!
Я лишь усмехаюсь правой половиной рта.
- Вот построй мне эту твою рожу, построй! Доулыбаешься - пристрелю! - ярится его высочество. - Я тут на полгода по твоей милости застрял! Пока чертовы попы расследуют, как дело было, пока замок заново до последнего камушка освятят, пока перестанут зудет, что надобно настроить церквей-часовен и хер знает чего еще, пока то, пока се... А все ты!
- Все равно твой братец сейчас вывихи-ушибы лечит, так что никуда б ты не делся, - равнодушно сообщаю я. - А попы... Поставь их на место сам. Для этого ты здесь. Иначе они страну по ветру пустят. Шарль твой единокровный не мастер их преосвященство осаживать - вот и займись. Сидеть, молчать, бояться - и никаких часовен-расследований.
- Да как же это народу объяснишь? - бурчит Геркулес, сползая по стене на пол и усаживаясь во что-то вроде позы лотоса - видно, успокоиться решил. Карму осветлить. - Был король, был, да весь высох. Внезапно. Под неусыпным взором стражи, охраны, топтунов...
- Что, они еще и наблюдали, как я его, гм, употребляла? - передергиваюсь я. - Ну прям нигде от них не скроешься...
- Естественно, весь высший эшелон под персональным наблюдением... был, - качает головой Геркулес. - Этот, которого ты у меня чуть не угробила...
- Чуть? - изумляюсь я. - Так он жив остался?
- А! - отмахивается принц, которому плевать на душевное состояние какого-то филера. - В общем, этот, из твоей комнаты, поседел, но не сдох. И подтвердил, что в замок проник демон. Типичный василиск. А стражник и прослушка обеих спален сообщила: василиск обольстил сначала королевскую наложницу, заворожив ее взглядом, потом родил изо рта демона похоти и осушил, хе, сосуд его величества извращенно-развратным способом, непрестанно меняя обличья и позы. В детали еще углубляться вздумал, онанист! Короче, широко ты погуляла, государство вовек тебя не забудет. Придворные живописцы прямо с предварительного слушания разбежались писать баб с хаерами дыбом верхом на чем попало...
- И замечательно! - с чувством говорю я, вставая из пены, как сильно траченная жизнью Афродита. - За что их величество боролись, на то и напоролись. Сатанист были их величество. Козлу под хвостом на шабаше целовали, небось. Сами на такую кончину нарвались.
- Ты лучше поблагодари меня, что я ведьму твою отмазал! - взвивается Дубина. - Ее ж едва на месте не растерзали, думали, она демона и вызвала!
- Нефиг было думать. Слушать надо было. Ушами. А глазами - глядеть. Арбалет расстрелянный нашли? Нашли. Как она с ним, заряженным, в тайную молельню вперлась, видели? Видели. Выстрел слышали? Слышали. Нечего передергивать. А под моим василисковым взором всё коченеет. Небось, шпион из второй спальни стражу оповещать не побежал.
- Да, побежишь тут, когда мотня до колен свисает! - ржет Геркулес. - Говорят, комнату полдня отмывали. Чуть не взорвался, болезный.
- Экий пугливый...
- Пугли-и-и-ивый! - передразнивает Дубина. - Нечего моих отборных шпионов порочить. Молодой, горячий! Неопытный. Не заметил опасности для королевского здоровья. А когда заметил, был уже очень занят. Все кругом заляпал, до глазка включительно.
Тут до меня доходит. И я, уже завернутая в банное полотенце, со всего размаху плюхаюсь обратно в полную ванну. От смеха.
Солдатские шутки, солдатская жизнь. Как же все знакомо, как же понятно. Грубые методы, грубые нравы, грубое веселье, грубая пища... для мозгов. Мы здесь на переднем крае обороны. Вдвоем отбиваемся от духовенства, от молвы, от смуты, от безвременья и от временщиков. Чтобы не дать ни одной из этих напастей сожрать Геркулесовы владения. Ведь это он здесь истинный хозяин, не рохля Шарль и не орды церковников.
И нас против легиона бед - только двое. Никого за нами, ни с мечами, ни с луками, ни с дрекольем. Одни во чистом поле, против толп простолюдинов, попов, придворных и бог знает кого еще. Одни.
Что тут остается? Смеяться. Дышать. Жить. И стараться пробыть живым как можно дольше.
- Будешь спать здесь! - приказным тоном объявляет Дубина, показывая на свою кровать.
Я понимаю. Соблюдение приличий нам теперь не по карману. Поодиночке нас убьют вернее, чем вдвоем.
- А ты драконом обернуться не пытался? - интересуюсь я, влезая в свою одежду. Сон в ночных рубашках - тоже непозволительная роскошь для того, кто ожидает нападения - в любую минуту, с любой стороны.
- Пытался... - вздыхает Геркулес, стягивая сапоги. - Не, не получается. Болеть болит, а не колдуется.
Техника превращения в драконов до сих пор не освоена и даже не изучена. Это плохо. Драконья ипостась излечила бы здешнюю публику от всяческих иллюзий насчет фактора внезапности: если, дескать, прибежать скопом и попытаться отобрать власть у того, кто правит де-факто...
- Ну, в крайнем случае у нас еще есть план бэ, - бормочу я, кутаясь в одеяло. - Василиски, суккубы...
- Кстати, а как ты в суккуба воплощаешься? - заинтересованно вскидывается Геркулес.
- Ну как... - я сажусь на кровати и вспоминаю страшный, рвущий кожу тоннель.
Тесная крысиная нора ведет из еще более страшного мира демонов в наш, где полным-полно ароматной, питательной, спасительной золотой силы, текущей в тончайших, изысканных сосудах - и никакого сопротивления, никакой расплаты, одно блаженство насыщения и забытья... Я начинаю рассказывать Дубине все, что могу извлечь из своей памяти, из памяти сытого суккуба, похрапывающего в своем логове, беззащитного, словно человеческий младенец. Тоннель сияет под моими опущенными веками, я помню каждый выступ, каждую острую жилу на его стенах, каждый камушек, обдиравший мое тело по дороге в мир живых...
В комнате отчего-то поднимается ветер. Он гасит свечи, рвет балдахин кровати, валит пудовые стулья из цельного дерева. Я замираю. Допрыгалась. Медленно-медленно поворачиваю голову.
Рядом со мной вращается темная воронка торнадо. Медленно вращается, лениво, безопасно. Над нею маячит, словно из грозовой тучи вылепленная, голова мужчины. Глаза, светящиеся безмятежной небесной синевой, завороженно наблюдают за мной. Я боюсь вздохнуть. Черт бы тебя побрал, Хасинта, черт бы тебя побрал, кого ты вытащила из нижнего мира, пропади оно пропадом, твое новообретенное мастерство рассказчика...
- Я марид, - сообщает воздушный мужик с таким видом, будто ждет, когда я паду ему на грудь, клубящуюся облачными змеями. - Не бойся, я не ифрит, я марид.
- Некоторые из вашей братии - людоеды, - сухо замечаю я.
- Некоторые из присутствующих - тоже, - улыбается он. Несмотря на то, что выглядит он, как гигантская стеклянная статуя, наполненная бешено вращающимся дымом, улыбка у него хорошая. Улыбка доброго челове... э-э-э... существа. - Не злись, Хасса, мне давно этого хотелось.
- Давай-ка с самого начала, ладно?
- Ты меня не узнаешь? - вроде как осеняет марида. Да, мне повезло, что Дубина даже в глубине души не ифрит-пироман, убийца людей, пожиратель душ, а добродушный и любопытный марид, маг и творец вещей.
- Кого "тебя"?
- Ну... меня, - марид мнется. Да, конечно, демоны не называют имен. Никому.
- Мы что, знакомы с тобой - там? - я тычу пальцем в пол.
- Да! - оживляется марид. - И ты обещала, что возьмешь меня с собой, когда отыщешь путь! А сама уже сколько раз сюда ходила - и ни разу не позвала!
- Так это я ее вызывала. Одну, - оправдываюсь я. Он, конечно, добрый малый, но уж больно могуч. Лучше его не раздражать. - Для тебя у меня пути не было. Он у каждого - свой. Тебя вызвал мой друг. Ты его слышишь? Внутри головы? Слышишь?
- Слышит, слышит, - произносит марид голосом Дубины. - А он ничего мужик, подходящий. И много полезного умеет. Хочешь, покажу?
- Вот только замков не строй, умоляю! - я прижимаю ладони к груди и делаю брови домиком, стараясь донести до марида, такого же простодушного, как и вызвавший его Эркюль под номером тринадцать, что замки внутри замков нам абсолютно не к месту и не ко времени.
- Ты меня совсем не уважаешь! - хмурится марид. Его тело наливается чернотой, местами его пронизывают молнии толщиной с нитку. Постель начинает пованивать гарью. - Между прочим, мариды очень искусны...
- А церковь отгрохать можешь? - быстро спрашиваю я.
- Могу, конечно! - смягчается марид, на глазах белея и розовея - это, видимо, что-то вроде снисходительной улыбки.
- Значит, построй где-нибудь на холмах такое, знаешь... - я помаваю в воздухе руками. Черт, как бы ему объяснить?
- Хорошая мысль! - пробивается голос Дубины сквозь зону облачности. - И пусть над нею пара ангелов трубит, пока все не сбегутся.
- Вот-вот, - оживляюсь я. - А как сбегутся, объяви их устами: да будет известно всем - церковь сия есть дар божий богобоязненным принцам, молившимся об искуплении грехов отца их, короля-чернокнижника. Служите здесь и молитесь мирно, и защитит вас покров господень от зла, ныне и присно и во веки веков!
- Круто! - ухмыляется не то марид, не то богобоязненный принц Эркюль собственной персоной. И на пару минут погружается в сосредоточенное молчание, вздымаясь внутри себя белоснежными клубами.
Свезло. Просто невероятно свезло. Кто ж знал, что Дубина и в кошмарном нижнем мире связан не с дрянью какой-нибудь, а с таким милашкой-градостроителем? Эта страна будет целовать ему ноги - да что там, следы в пыли целовать будет. Святой Эркюль, моли боженьку за нас, грешных...
Выспаться, конечно, не удастся - все равно будить прибегут. Но ради приятных новостей и сном пожертвовать не жалко. Теперь главная задача - уговорить марида, словно громадного щенка, успокоиться и вернуться в свою будку. Это будет нелегко, но мы справимся.

ДЕНЬ и НОЧЬ

Мир кем-то разделён на грани-СВЕТ и ТЕНЬ.
Стремление постичь его неведомое тщетно.
Меняются все краски жизни незаметно,
На смену ночи неизбежностью приходит день.
Река из звёздных снов мерцает гранью темноты.
Ромашковое поле расцветает гранью светлой.
Сменяя серебристый месяц чистотой рассветной,
Восходит Солнце озареньем утра красоты.
На Сути Мира Ангелом незримая означена граница
Под крыльями струятся тени-свет и света-тень.
Любовью светлою соединяя Солнце-ночь и Месяц-день,
Сны мира бережно хранит волшебное перо Жар-Птицы.